• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Институт образования

Содействовать доказательному улучшению сферы образования и человеческого развития

Вырваться из камеры: эксперты поспорили, как должна поменяться школа вслед за обществом

«Подростки не понимают, почему их по 6-8 часов держат в школе, и вылетают оттуда, как пробка из бутылки теплого шампанского. Дети недоумевают, почему их заставляют учить даты и цифры, которые легко гуглятся, а учительница звереет от этого… Но при этом дети в школу все равно идут, значит, зачем-то она им нужна?» — с этих слов Анатолия Каспржака началось второе заседание экспертного клуба «Новая российская школа». Теоретики (исследователи образования) и практики (директора московских школ) встретились в Инобре, чтобы обсудить, какую роль может играть школа в обществе, которое полностью изменилось за несколько десятилетий, и как ей самой нужно поменяться, чтобы отвечать новому запросу.

Вырваться из камеры: эксперты поспорили, как должна поменяться школа вслед за обществом

© AI

КОНВЕЙЕР УХОДИТ В ПРОШЛОЕ

Катерина Поливанова, предложившая тему для обсуждения, обратилась к истории — как вообще родилась школа в том виде, в каком мы ее знаем. Появился запрос на грамотность, который не могли обеспечить неграмотные родители. Сложилось фабричное производство, для работы на котором нельзя было подготовить внутри самой фабрики: школа — это как бы вынутая из самого процесса труда подготовка к труду. Но какому? Рутинному, конвейерному — тому, который уходит в прошлое (по крайней мере, как единственный вид труда для абсолютного большинства). К творческому труду нельзя готовить по той же модели: подмастерье должен делать ровно то же, что делает мастер. И уж точно больше не работает модель «неграмотные родители делегируют обучение грамотному взрослому».

«Появилось новое представление о детстве, которое не равно подготовке. Ключевой критерий родителей, согласно нашим исследованиям, «ему (ребенку) интересно» или «неинтересно». Главную роль играет восприятие своего ребенка как уникального, перед ним традиционная функция подготовки меркнет. Благополучие становится ключевым трендом: оно не может быть травмирующим, принцип «мы за ценой не постоим» больше не работает. Если ребенок в школе неблагополучен, то такая школа и не нужна, в понимании родителей»

Поливанова Катерина Николаевна
Научный руководитель Центра исследований современного детства

ТАКОЕ РАЗНОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ

Тезис о том, что в первую очередь от школы требуется благополучие ребенка, вызвал дискуссию о том, что же считать благополучием. 

«Когда мы говорим, что есть школы, которые обеспечивают детям психологический комфорт,  а есть те, которые для интеллектуальных атлетов и там процветает жесткая дисциплина — то, может, и вторые про благополучие, только отложенное? Нагрузки сейчас, чтобы было потом хорошо?»

Серегин Константин Сергеевич
Заведующий Лабораторией управления школой

«Это не новое противопоставление: либо ребенку интересно, либо очень сложно. Но может быть такое, чтобы было и сложно, и интересно? Сложно, но благополучно? Если высокие образовательные результаты сопряжены со сложностью, но всем интересно, то это благополучие?»

Байбурин Рустам Фаильевич
Заместитель директора Лицея ВШЭ

Рустам Байбурин усомнился, что тему благополучия можно возводить в абсолют: от школы ждут развития знаний и навыков, именно это связано с будущим профессиональным успехом, «тебе не дадут работу, если ты просто благополучный человек». Рассматривают ли работодатели благополучие кандидата как важное свойство? Что является альтернативой школы с точки зрения благополучия — кружок, двор?.. Катерина Поливанова возразила, что благополучие все-таки важно и для рынка труда: «Когда благополучному выпускнику откажет один работодатель, он без проблем найдет другого. Или сам сконструирует себе работу и уедет зимовать на Гоа».


ТАКИЕ РАЗНЫЕ ШКОЛЫ

Можно ли вообще говорить о единой модели школы? Сразу несколько экспертов напомнили, что, как минимум, в мегаполисе и на селе школы живут совершенно по-разному.

«Я курирую маленькую сельскую школу в регионе, вопросы, с которыми они сталкиваются, сильно отличаются от московских. Усиливающаяся централизация, дурацкие циркуляры... Нулевые бюджеты — сельская школа совершенно «обезжирена».

Каспржак Алексей Анатольевич
Вице-президент ВЭБ.РФ

Тарас Пащенко напомнил, что «когда была придумана модель массовой школы, уже был Царскосельский лицей», и, возможно, массовая и элитарная школа изначально развивались по-разному — их модели нельзя смешивать. Но как их четко разделить?

«У меня возникла гипотеза, что достаточно значимым показателем, который позволит разделить лицеи и массовые школы, может быть вовлеченность родителей. Чем сильнее вовлеченность, тем элитарнее школы. Это может быть маркером. Хорошая школа притягивает к себе семьи, где вовлеченные родители»

Карлов Иван Александрович
Заведующий Лабораторией цифровой трансформации образования

«КАМЕРЫ ХРАНЕНИЯ» ТОЖЕ РАЗНЫЕ!

Константин Серегин рассказал об исследовании, в рамках которого управленцам школ задавали вопросы, для кого они работают, какие задачи помогает решать их школа и т.д. Обнаружилось, что, несмотря на различия школ (в том числе участвовали те, где преобладает онлайн, а классно-урочная система сведена к минимуму), сама «матрица» остается неизменной. Спикер сравнил это с сотами, ячейки которых — ровный шестигранник, «но пчела не строит шестигранник, она строит круг, просто все вокруг заняты тем же самым, и получается такая форма». Так и со школой — возможно, ее модель получается такой «сама по себе» на стыке интересов и активности сообщества в условиях города или села.

«Что составляет основу модели школы? Можно выкинуть «цифру»? Да. Класс? Да. Звонки? Да — и т.д. и т.п. Но не получается выкинуть то, что есть взрослые люди, которые должны куда-то привести детей, чтобы дальше заниматься своими делами. Это коробка неизменна. Говорят «камера хранения», но и камера бывает разной: есть холодильник и есть инкубатор. Задача одного — чтобы не протухло, задача другого — чтобы выросло»

Серегин Константин Сергеевич
Заведующий Лабораторией управления школой

Ключевым вопросом, таким образом, остается то, что составляет смысловой центр этой «коробки»: урок или жизнь, правила или досуг? Или, как сформулировала это Катерина Поливанова, «давайте определимся, для чего мы приходим в театр: чтобы посмотреть спектакль или чтобы попить шампанское в антракте».


ПРОАКТИВНОСТЬ РУЛИТ

Школа меняется в том направлении, что все большую роль начинают играть родители и активные ученики — об этом, кажется, говорили почти все эксперты. 

«За последние три года у нас значит больше случаев, когда приходят мамы и рассказывают мне про методическое обеспечение процесса образования почти на профессиональном языке. В этом смысле, если школа не поймет, какую роль стали играть родители с проактивной позицией и как их встраивать в школьную среду, то она проиграет».

Фишбейн Дмитрий Ефимович
Директор Лицея НИУ ВШЭ

«Родители уже совершенно по-другому воспринимают учителя, для них это уже не единственный свет в конце тоннеля. Они стали строже, не готовы прощать ошибки, так же строго спрашивают, как, условно, с парикмахера».

Пименова Елена Владимировна
Директор ГБОУ Школа № 1476 города Москвы

Дмитрий Щербаков, директор школы № 58 Москвы, рассказал, что в последнее время задает учителям один и тот же вопрос: «Если ребенок после урока подойдет к вам и спросит, зачем он сейчас все это узнал, зачем был сегодняшний урок, что вы ответите?». Это нетривиальный вопрос, и дети, действительно, задают сейчас такие вопросы, они ходят в школу за тем, что им интересно, и задача учителей — стать таким сообществом, которое обладает серьезной культурной составляющей. С коллегой согласен Павел Терехов, директор школы «Покровский квартал»: дети ходят в школу за социализацией, у всех она разная, и если мы хотим грамотно опираться на это, то это можно делать только через развитие школьного самоуправления.


ИЗМЕНЕНИЯ НЕИЗБЕЖНЫ

Александр Сидоркин, подключившийся к клубу из США, заговорил о далеком (а может, и не очень далеком) будущем. Еще в 1930-м Джон Кейнс предсказывал, что через 100 лет спрос на рабочую силу сократится настолько радикально, что общество столкнется с серьезным кризисом. Большинство людей окажутся не нужны экономике ни в каком качестве — ни как «винтики», ни как творцы. Возможно, ученый просчитался на несколько десятилетий, потому что этого еще не происходит, но это не значит, что прогноз ошибочный.

«Школе надо к этому готовиться, даже если это будет не скоро. Человек, который сегодня который пошел в 1 класс, может столкнуться с тем, что работы для него не будет. Мотивация массовой школы рухнет (элитарной это вряд ли коснется). Надо уже сейчас искать ценности, виды деятельности, которые не связаны с получением зарплаты. Самодизайн, волонтерство? Дороги, которые не ведут на рынок труда».

Сидоркин Александр Михайлович
Декан факультета образования Университета штата Калифорния в Сакраменто

Подводя итоги, Анатолий Каспржак сформулировал несколько главных тезисов, скорее даже — вызовов для продолжения дискуссии:


— Школа — это и место, куда приходят дети, и интегратор образовательных программ, в которых участвуют семьи. Где проходит граница?

— Как меняется роль родителей? Кстати говоря, «из Царскосельского лицея, который мы так часто сегодня вспоминали, 6 лет не выпускали детей — не доверяли родителям из лучших семей России!»

— Что важного можно вынуть из школы, чтобы она перестала быть школой? Что это главное?

— Есть ли общее в законах развития элитной и массовой школы?

— Железную логику «образование это школа, а школа это здание» так и не удается преодолеть.


«Пока что мы ищем ответы на основные вопросы: где копать, и копать или не копать вообще. Летом у нас зашел длинный и философский разговор с Юлией Турчаниновой, она высказала парадоксальную мысль, что проект массового общедоступного образования потерпел фиаско — это стало понятно во время ковида. Возможно, это и не так, но мы должны заглянуть в будущее: зачем нужна школа? На какие запросы общества она отвечает, универсальны ли эти запросы, какие тренды трансформации школы можно считать неслучайными, обобщающими изменения». 

Каспржак Анатолий Георгиевич
Директор Департамента образовательных программ

Полная видеозапись дискуссии здесь


В рамках экспертного клуба «Новая российская школа» ежемесячно встречаются практики (директора, чиновники, учителя) и исследователи. Мы обсуждаем проблемы школы: что происходит «на земле»? К этой инициативе можно присоединиться: подписывайтесь на рассылку