Тема «публикации»

Многие подростки учатся без осознанной стратегии. Они редко планируют свои действия и не всегда разбирают ошибки. Без этих навыков материал усваивается заметно хуже.

Почти половина самых продуктивных российских ученых работает в том же университете, где когда-то они защищали диссертацию. Это явление называют академическим инбридингом — и в России к нему относятся довольно спокойно.

Не так страшна математика, как момент, когда ее проверяют. Студенты не испытывают особенного дискомфорта, когда разбирают новые темы или решают сложные задачи. Но приближение к экзамену — резко повышает тревожность молодых людей. Боязнь экзамена имеют отложенные последствия, считают исследователи, которые опросили более шести тысяч первокурсников из двух десятков университетов.

Почти 60% университетов в России одновременно ведут программы колледжей. На этих программах учится каждый пятый студент среднего профобразования — больше полумиллиона человек. Об этом говорится в новом докладе в серии «Современная аналитика образования», который подготовили эксперты Центра развития навыков и профессионального образования ВШЭ.

У каждой профессии запах особый, как писал классик, а еще — свои подводные камни (они же «ловушки мышления»). Для юристов это двусмысленные формулировки, для врачей неполные клинические данные, а для экономистов — идеальные расчеты и прогнозы, в которых не учтено то, что называют неочевидными допущениями. Можно построить вполне стройную модель роста ВВП и не заметить при этом, например, какую-то неявную тенденцию на рынке труда — и вся модель окажется нерабочей.

Массовые онлайн-курсы давно стали привычной частью образования. К 2016 году их прошли более 58 миллионов человек по всему миру. Но почему одни видеоуроки студенты смотрят от начала до конца, а к другим возвращаются снова и снова? Ответ на этот вопрос искала международная команда исследователей, которая проанализировала поведение полутора тысяч студентов Открытого кибер-университета Южной Кореи. 

«Как я ошибся, как наказан!» — повторял Онегин, а вслед за ним те поколения школьников, которые заполнили тысячи тетрадей разбором «конфликта разума и чувства» пушкинских героев. Но если вы думаете, что такую сложную материю можно изучать только в сочинениях, то ошибаетесь. Виктория Ерофеева, Екатерина Цыганова и Александра Бочавер опубликовали исследование о том, что движет молодыми людьми, когда они вступают в романтические отношения.

Понимание приходит не тогда, когда ученик просто «складирует» в памяти множество фактов и терминов, а когда начинает видеть, как они связаны между собой. Анастасия Капуза и Елизавета Лысова-Голомзина выяснили, как на этот процесс через предметный материал влияют так называемые «пороговые» понятия, которые помогают собрать разрозненные знания в цельную и осмысленную систему.

Одним из главных козырей онлайн-обучения часто называют свободу: на многих платформах обучающийся может сам решать, в каком порядке и темпе осваивать материал. Но правда ли это всегда работает? Ответ на этот вопрос искали сотрудники Международной лаборатории проектирования и исследований в онлайн-обучении Инобра  в своем эксперименте.

Российские пятиклассники проводят за учебой примерно 44 астрономических часа в неделю, а старшеклассники — до 56, следует из доклада Совета по развитию гражданского общества и правам человека. В этот показатель входит время, потраченное на занятие в школе, внеурочную деятельность и домашнее задание. Это существенно выше нормы труда для взрослых — 40 часов в неделю, отмечают общественники.