Экспертиза

Школа должна «учить учиться», потому что без желания самого ребенка освоить что-то новое учеба так и будет зубрежкой из-под палки. Все давно это признают, но мало что для этого делают: массовая школа продолжает работать по привычной схеме. Эксперименты, связанные с развитием самостоятельности и инициативы, чаще всего так и остаются экспериментами. Но некоторые из них длятся уже десятилетиями и показывают отличные результаты. На вторничном семинаре разбирали опыт красноярской гимназии «Универс», где методы развивающего обучения, сфокусированные на самостоятельности ученика, применяются вот уже без малого 30 лет.

ЕГЭ не принято использовать как показатель качества образования на уровне региона. Считается, что раз экзамен измеряет индивидуальные достижения, то средний балл — то же самое, что «средняя температура по палате» (поэтому и данных таких обычно не найдешь). Интересную альтернативу предложила Ксения Адамович из Международной лаборатории оценки практик и инноваций в образовании: она обнаружила, что социально-экономические показатели региона, а также кризисы отражаются в том, какой трек выбирают девятиклассники — академический (старшие классы, вуз) или СПО. Последнее часто — еще и способ избежать ЕГЭ.

В Инобре учатся люди с разным бэкграундом: здесь и начинающие учителя, и опытные управленцы; и вчерашние студенты, и те, кто уже готовится выпустить исследование, авторскую методику или продукт для рынка. Если помножить это на многообразие самой сферы образования, то можно вспомнить библейскую историю про Вавилонскую башню, где все говорили на разных языках. Мысль дать всем общий взгляд на ландшафт в целом воплотилась в идею курса «Ключевые идеи в российском образовании». В перспективе он может быть интересен не только нашим студентам, но и всем, кто хочет системно знакомиться с образованием. Идею поддержали в Благотворительном фонде Владимира Потанина: проект курса получил грант.

Семейная форма обучения набирает популярность в России, хотя доля тех, кто не ходит в школу, все еще незначительна. Одни эксперты видят в этом тренде серьезную угрозу традиционному образованию, другие считают это явление маргинальным. Похоже, истина где-то посередине: скорее всего, количество тех, кто учится дома, «выйдет на плато» и не обрушит монополию школы. Но аргументы тех, кто выбрал для детей семейное обучение, звучат как «серьезная и многогранная критика школы, нельзя не учитывать ее, проектируя развитие и поддержку общего образования», — пишут авторы исследования «Выбор альтернативного образования в России». Его подготовили Катерина Поливанова, Диана Ахмеджанова, Кристина Любицкая и Александра Струкова — сотрудники Центра исследований современного детства.

У школы вечные проблемы с родителями учеников: учителю непросто найти с ними общий язык, особенно если он новичок. Долой страхи и стрессы: можно научиться не просто налаживать контакт с семьями, но и стать настоящим комьюнити-менеджером для своей школы и класса. Этому учат на специальном курсе, запущенном Рыбаков Фондом и разработанном Институтом образования ВШЭ. Более того, пройти курс и получить сертификат может любой студент педагогической специальности, и это бесплатно.

Качественные измерения и инструменты оценки в дефиците во многих сферах — образование здесь не исключение. Грамотный тест могут составить или проверить его качество только специалисты-психометрики, их мало, а при словах «факторный анализ» или «математическое моделирование» большинство гуманитариев впадает в панику. И зря. Есть подходы, которые позволяют «мягко» обучить, например, людей без математического образования основам теории тестирования или моделированию структурными уравнениями для исследований в социальных науках. Этот подход Инобр реализует в цикле курсов дополнительного профессионального образования для тех, кто работает в образовании, HR и других областях.

Ей 35 лет. Она ценит независимость, не боится рисковать и, конечно, работает в сфере образования. Это черты портрета типичного инноватора (вернее, получается, инноваторки), созданного в Инобре ВШЭ на основе исследований за последние девять лет. Лаборатория инноваций в образовании обобщила и проанализировала данные о тех, кто меняет школу и вуз по собственной инициативе.

Что такое МООК — давно можно не объяснять: еще 10 лет назад массовым открытым онлайн-курсам начали посвящать десятки исследований. Считалось, что этот формат едва ли не изменит высшее образование, и, действительно, с началом пандемии посещаемость основных платформ росла на сотни процентов. Однако обещанной революции не случилось. Почему этот формат «не взлетел», изучили Ульяна Захарова, Ксения Вилкова из Центра социологии высшего образования и Роман Абрамов из Международной лаборатории исследований социальной интеграции.

Городская застройка быстро меняется. Логично, ведь это бизнес, и девелоперы стремятся ответить на все запросы покупателей жилья, включая образовательные, и даже предугадать их. А школа остается школой, даже если она построена в новом квартале. Она не всегда хочет (и может) быть тем «интеллектуальным хабом» для жителей района, как это предлагает бизнес или продвинутые покупатели новых квартир. Это стало одной из тем, которые обсуждали на вторничном семинаре: разбирали опыт проектов образовательного бюро «Лернити» в Новой Москве и вообще идеи на стыке урбанистики и образования.

О психологическом благополучии российских студентов известно довольно мало. Долгое время эта тема не попадала в фокус внимания исследователей, а заговорили о ней в связи с пандемией, которая всерьез «пощекотала нервы» и студентам, и всем остальным. Одно из первых больших исследований на российском материале представляют группа ученых из Томского государственного университета Александра Филькина, Мария Абрамова, Анастасия Ларионова и директор Института образования НИУ ВШЭ Евгений Терентьев. Их статья опубликована в журнале «Мониторинг общественного мнения».